— Ну что это за семья, прямо как коммуналка какая-то! — вздохнула моя мама, оглядывая нашу квартиру в тихом подмосковном городке Пушкино. — Ты целыми днями с детьми, а твой муж где-то болтается! Каждый сам по себе. Где ваши совместные ужины? Где душевность, которая в семье должна быть?
Её слова, будто соль на рану. Мне, тридцатидвухлетней Светлане, давно знакомой с мамиными придирками, всё равно было неприятно. Она всегда находила повод: то платье не то, то жизнь не такая. С детства видела во мне одни промахи, и я научилась не обращать внимания. Но сейчас, оглядев наш быт, задумалась: а вдруг она и правда права? Что она вообще понимает в семейной жизни, если с папой развелась, когда мне было пять? Но её взгляд со стороны, резкий и беспощадный, заставил усомниться в том, что казалось нормой.
Мама живёт в Питере, навещает редко. Но каждый её приезд — как проверка. Замечает всё: и пыль на подоконнике, и то, как мы с мужем молчим за ужином. Она волнуется за меня, за внуков — двух сорванцов, которые ещё даже в садик не ходят. Но её фраза о том, что у нас «не семья», пробила глубже, чем хотелось бы.
Мы с Дмитрием вместе уже восьмой год. Первая страсть давно прошла, сменилась буднями. Я кручусь между детьми, готовкой, детсадом и кружками, а Дима пропадает на работе. Его офисные дела затягивают с утра до темноты, домой приходит, когда Ванька и Тимоша уже спят. Пробки, усталость — всё понимаю. Но иногда его отсутствие кажется бесконечным.
— Ты точно уверена, что он на работе засиживается? — язвит мама, прищуриваясь. — Кто сейчас до ночи пашет? Может, он где-то ещё шастает?
Отмахиваюсь. Дима — не из тех, кто гуляет. Да, может с друзьями в баньку сходить или пиво в гараже потягивать. Но налево? Нет, тут я уверена. Хотя иногда ловлю себя на мысли, что даже не знаю, о чём он говорит с коллегами.
— Он же с детьми даже не общается! — не унимается мама, голос дрожит от возмущения. — Это не отец, а просто жилец в твоей квартире!
И тут спорить нечего. Дима и правда далёк от детей. Не знает, что Ваня у ортопеда наблюдается, а Тимофею логопед нужен. Я одна таскаю их по врачам, вожу в сад, собираю на завтра одежду. А Дима считает, что его дело — зарплату приносить. И приносит, не спорю. Но разве этого хватит?
Дома он — как гость. Ни гвоздя вбить, ни кран починить. Инструменты где-то в гараже пылятся, а на мои просьбы только отмазки: «Устал», «Потом», «Не разбираюсь». Если приходит раньше, садится в телефоне зависать. Дети? Разве что прикрикнет, если сильно шумят, или махнёт рукой: «Идите к маме». А я защищаю их — они же малыши, им же бегать надо! Но в глубине дуси понимаю: он их просто не знает.
Мама смотрит на меня с упрёком:
— Это не семья, Света. Вы под одной крышей живёте, но каждый сам по себе. Разве так должно быть?
Пытаюсь оправдаться. У нас как у всех. Да, Дима ленивый, но не орет, не придирается, не требует звезды с неба. Зарабатывает, квартиру содержит — ну разве плохой муж? В интернете пишут про мужей, которые бьют, пьют, гуляют. А у нас? Тишина. Он даже маму мою терпит, хоть многие тёщ на порог не пускают. Разве это не плюс?
Но её слова не выходят из головы. А вдруг она права, и мы просто соседи? Дети растут без отца. Я стараюсь дать им всё: любовь, заботу, развитие. Но одной тяжело. Иногда мечтаю, чтобы Дима взял их в парк, хоть раз спросил, как дела в садике. Но он этого не делает, и внутри растёт какая-то пустота.
Развод? Страшно. Как я одна с двумя пацанами? Да и кто сказал, что другой будет лучше? Может, сходить к психологу, попробовать наладить то, что ещё не сломано? Или просто плыть по течению, надеясь, что само как-нибудь образуется?
Мама уехала, а её слова остались. Смотрю на Ваньку с Тимошей, на мужа, уставившегося в телефон, и думаю: это моя семья? Или я просто боюсь признать, что её уже нет?
