Пятнадцать лет брака — и всё прахом. Когда-то Надя надеялась, что сумеет перевоспитать мужа, вытащить его из болота пьянства, безделья и обмана. Но теперь, глядя на него, она не ощущала ничего — ни боли, ни любви. Лишь изнеможение. А началось всё с обычного вечера, как сотни до этого…
Игорь ввалился домой пьяный в стельку. Рухнул на кухне, начал колотить кулаком по столу, орать, что она — бесчувственная, скучная баба. Потом заявил, что уходит к другой — к Людке с ларька. Та его ценит, в отличие от Нади. И тут же рухнул на стол, захрапел.
А Надя встала, умылась в ванной, посмотрела в зеркало. Тридцать восемь. В глазах — пустота. Ни злости, ни обиды. Лишь тишина. И в эту ночь она решила: всё.
Утром, когда Игорь проснулся с похмелья и поплёлся на кухню, она уже ждала его с бумагой в руках. Официальный бланк — заявление на развод.
— Это ещё что? — хрипло спросил он, протирая глаза.
— То, о чём ты сам вчера орал. Жить со мной тебе невмоготу. Так что по справедливости. Разводимся.
— А ты не боишься, что я уйду? — ядовито ухмыльнулся он.
— Уже нет. Бояться мне надоело. Хочешь — уходи. Только квартиру делим по закону. Или оставайся, но с условием.
— С каким ещё?
— Мой брат Денис поживёт с нами до суда. Будет платить за комнату, половину коммуналки перечислю тебе.
Игорь взбесился. Начал орать, что выгонит её, что кредиты оставит на неё. Кричал, что раз ей нужна свобода — пусть убирается. А он останется.
Надя промолчала. Переехала к матери, оставила брату ключи. Через два дня уехала на юг — в тихий посёлок под Сочи. Там нашла маленький домик у моря, о котором всегда мечтала. Ещё немного — и он будет её.
Игорь не верил. Ждал, что Надя вернётся. Что всё будет, как прежде. Но прошло три недели. Потом месяц. Потом пришло письмо от нотариуса: раздел имущества, оценка, доли. Всё по закону. И Нади больше не было.
Он пытался вернуться, умолял, звонил её матери, писал брату. Напрасно. Надя была свободна. И, лёжа на пляже с книгой, она впервые почувствовала: она живёт.
Однажды к ней подошла незнакомая женщина — заплаканная, с дрожащим голосом.
— Подскажите… Муж опять запил. Не знаю, что делать…
Надя хотела ответить, но сомкнула губы. Поднялась, стряхнула песок и сказала:
— Извините. Это не ко мне.
И пошла дальше — по солнцу, к своей новой жизни.
**Лучше один раз отпустить, чем вечно тащить за собой чужую тяжесть.**
