**Разорванные узы: история возвращения**
Иван стоял во дворе, засыпанном снегом, чувствуя, как холод пробирает до костей сквозь старую куртку. Он поругался с женой Ольгой и уже неделю ночевал у отца на другом конце деревни Зарядье. В то утро, когда Ольга ушла на рынок, Иван, будто вор, крадучись подошел к родному дому. Сердце колотилось — то ли от обиды, то ли от страха. Распахнув дверь сарая, он выпустил гусей на свежий снег. Птицы, обрадовавшись свободе, загоготали, а старый гусак подбежал к Ивану, прижался к нему, вытянув шею, будто обнимая. Эту сцену увидели Ольга и их дочь Таня, вернувшиеся с базара.
— Ну надо же! Как нежно! — захихикала Таня, глаза её блестели. — Пап, ты вернулся?
Иван молчал, исподлобья глядя на жену.
— Голодный? — тихо спросила Ольга, всматриваясь в его лицо. — У нас сегодня праздничный ужин. Не забыл?
— О чём ты? — буркнул он, не понимая намёка.
Иван и Ольга прожили в браке шестнадцать лет. Их деревня Зарядье утопала в зелени, окружённая лесами и озёрами, как сказочное место. Река, петлявшая у их улицы, манила рыбой, а природа удержала их от переезда в город, где жили родители Ольги.
Сам Иван был местным. Его отец, Николай Петрович, жил неподалёку, один, после смерти жены, ушедшей ещё до свадьбы сына. Жалость к отцу заставила Ивана уговорить Ольгу остаться в деревне. Ей нравился их дом, купленный на свадебные деньги. Она усердно наводила уют, ухаживала за огородом, превращая двор в цветущий рай.
Иван часто навещал отца, который тосковал по жене. Иногда они выпивали — и это провоцировало ссоры. Николай клялся завязать, но Иван то тут, то там находил у него бутылку. Они ругались, мирились, глядя на портрет матери на стене, но отчаяние отца не уходило.
— Может, ему познакомиться с кем-нибудь? — предлагала Ольга.
— Даже слушать не хочет, — отмахивался Иван.
— Допился уже, — вздыхала она.
Шли годы. Николай работал, держал хозяйство, Иван помогал. Но скандалы с женой учащались. Ольга не могла смириться, что муж и свёкор пьют заодно.
— Ты же сам его ругал! — упрекала она. — А теперь в его компании пропадаешь!
Иван молча виновато опускал глаза, оправдываясь одиночеством отца, но Ольга не унималась. Порой в пылу ссор он уходил к отцу на пару дней. Соседи перешёптывались:
— Опять Иван от жены сбежал. Надолго ли?
Он отсиживался у отца, помогал по дому, потом возвращался с гостинцами для Тани. Та бросалась в объятия, и сердце Ольги смягчалось.
— Если бы не дочь, я бы тебе устроила! — ворчала она, но вскоре Иван обнимал её, брался за дела, и мир восстанавливался.
Но однажды Ольга застала мужа с приятелями у ларька с пивом и не сдержалась.
— Сколько можно? Таня видит тебя таким! Ей всего десять! Каким отцом ты ей запомнишься? — кричала она. — Иди к отцу, и если не возьмёшься за ум, нечего нам нервы портить!
Иван, злой, как чёрт, схватил сумку и ушёл.
— Да ладно, — утешал Николай. — Остынет, бывало и хуже. Как она без тебя управится?
— Не знаю, — мрачно ответил Иван, наливая стопку. — Там ещё пёс остался, и кошка…
— Ты мужик хоть куда, — хлопал его по плечу отец. — А она не ценит. Кто теперь не выпивает? Мы с тобой по чуть-чуть — не грех. Ты же деньги в семью несёшь!
Иван кивал, но тоска душила. По вечерам он подкрадывался к дому, заглядывал в окна, гладил пса, который тут же лизал ему руки.
— Вернулся? — однажды спросила Ольга, выглянув во двор. — Соскучился по собаке?
— Хоть за ней, — огрызнулся Иван. — Она меня не пилит.
Он забрал пса к отцу. Через пару дней сука ощенилась — четверо щенков.
— Куда столько? — удивился Николай.
— Разберём по людям, — отмахнулся Иван.
Таня приходила проведать щенков, гладила их, приносила еду.
— Пап, ты надолго ушёл? — спросила она как-то. — Без пса страшновато…
— А без отца не страшно? — горько усмехнулся Иван. — Как мать? Передай ей привет.
— Са— Сама приходи и передавай, — буркнула Таня и убежала, а Иван, глядя ей вслед, вдруг осознал, что именно эта маленькая девочка и есть та самая ниточка, которая рано или поздно вернёт его домой, и тогда всё снова будет по-доброму, как прежде.
