Беременная женщина без определенного места жительства стояла прямо перед дверями родильного отделения.

Беременная бездомная женщина стояла прямо перед дверьми родильного отделения.
Я была на дежурстве, когда она появилась. Вернее, её никто не привёз она просто возникла у входа. Бледная, с глазами, полными боли и безмолвной мольбы.
Она сидела в коридоре, сжимая живот, почти не двигаясь. Ни документов, ни вещей даже имени, чтобы записать её.
Коллеги перешёптывались: «Что с ней делать? Куда её отправить?» Главная акушерка лишь махнула рукой, словно не было времени на это.
Я уже хотела подойти, как в коридор вошёл доктор Майкл Томпсон. Он замер, увидев её. Его взгляд стал тяжёлым, пустым будто он смотрел не на пациентку, а на призрак из прошлого.
«Кто это?» тихо спросила я, но ответа не последовало.
Врач опустился перед ней на колени, заглянул в глаза. На его лице мелькнуло замешательство, затем узнавание.
«Немедленно подготовьте ей палату», резко приказал он, не глядя на нас.
Я заметила, как его взгляд скользнул по потёртому серебряному кулону на её шее. Затем он пробормотал:
«Боже Неужели это она?»
Он поднялся и молча проводил женщину в свободную палату. Дверь захлопнулась за ними.
Мы переглянулись я никогда не видела его таким. Обычно холодный и сдержанный, сейчас в его движениях была решимость, а в глазах тревога.
Через несколько минут я принесла капельницу. Она сидела на кровати, а он говорил с ней шёпотом. Я уловила лишь обрывки: «Значит я не успел прости»
Она отвела взгляд, сжимая кулон в кулаке.
Воздух в палате словно наэлектризовало. Женщина молчала, но в её глазах было что-то знакомое и я не могла понять что.
«Ты знаешь, теперь всё изменится», тихо сказал врач, и в его голосе звучала не профессиональная твёрдость, а личная боль.
Она кивнула, не поднимая глаз.
«Доктор, простите, не удержалась я, кто она?»
Он взвешивал слова, затем глухо ответил:
«Моя сестра».
Я чуть не уронила капельницу.
«Но ты говорил, что у тебя никого нет»
«Я должен был так сказать», перебил он. «Мы потеряли связь больше десяти лет назад. Она исчезла»
Я не стала спрашивать больше. Но, выходя, поняла: её история была куда сложнее, чем просто возвращение пропавшей родственницы.