Мама выбрала мужчину, а не меня: как родная мать предала меня ради чужого
Меня зовут Варвара, мне семнадцать, и я из Нижнего Новгорода. Долго терпела, копила боль в себе, но теперь решилась рассказать. Может, кто-то узнает в этом себя. Может, хоть одна мать задумается, прежде чем променять дочь на чужого, как поступила моя.
Родители развелись, когда мне было десять. Не скажу, что до этого царила идиллия ссоры, упрёки, ледяное молчание между ними я чувствовала даже тогда, когда не понимала всего. После развода стало хуже. Мать с отцом словно соревновались, кому я обуза не из любви, а из упрямства. Меня кидало из квартиры в квартиру, как ненужный узел. У отца было тесно, но хоть тихо. У матери просторнее, но с каждым днём дышать становилось тяжелее.
Всё рухнуло, когда у мамы появился новый мужчина. Его звали Артём. Ему было под тридцать, на десять лет младше её, и он сразу стал вести себя, будто здесь хозяин, а я лишняя. Сначала улыбался в лицо, спрашивал, как дела. Но маска быстро спала. Ему не нравилось, что я живу с матерью. Что она тратит на меня деньги. Он открыто говорил, что мой отец неудачник, что я балласт, и что мне давно пора «самой о себе заботиться».
Он вытягивал из мамы деньги, шептал, что ей не нужна дочь-подросток, а нужна «лёгкая жизнь». А мама… мама слушала. Она не замечала, как я плачу в подушку. Как крадусь на кухню за едой, лишь бы не попадаться. Как часами сижу в ванной, потому что больше негде спрятаться.
Последней каплей стала та ночь. Они снова орали так, что дрожали стёкла. Я выбежала, бросилась между ними боялась, что он ударит её. Но получилось иначе. Он взглянул на меня с такой злобой, что кровь стыла в жилах. Я крикнула: «Прекрати!» и тогда он ударил. По-настоящему, по лицу. Я упала, ударившись виском о шкаф. В глазах потемнело. Помню только крик матери… и тишину.
Я ждала, что она выгонит его. Обнимет, позовёт врача, скажет, как любит меня. Смотрела ей в глаза искала спасения. Но она прошептала: «Сама виновата». Через час велела собираться к отцу.
Я молча сложила вещи. Сердце вырвали, но слёз не было. Просто ушла, поняв: дома больше нет.
Теперь живу у отца. Он пытается, но между нами пропасть. Я больше не жду её звонков, не верю, что она приедет… Хотя где-то внутри всё ещё теплится надежда: вдруг она постучит в дверь и скажет: «Прости, дочка». Но этого не будет. Она выбрала его того, кто поднял руку на её ребёнка.
Я не желаю ей зла. Но знаю: он уйдёт. Найдёт моложе, покорнее. Оставит её одну. И тогда, может, она вспомнит обо мне. Но я уже не буду той, что верит и ждёт. Потому что предательство матери не прощается.
Родители, если читаете: не рожайте детей, если не готовы любить их больше, чем себя. Мы не виноваты в ваших ошибках. Вы привели нас в этот мир не ломайте нас.
Мама, если когда-нибудь наткнёшься на эти строки… Знай: я выжила. Я встала. Я крепче тебя. Но больше не приду к тебе, как раньше. Ты мне не мать. Ты просто женщина, которая когда-то родила меня.
