**Дневник.**
Сегодня снова было тяжело. Сидела на кухне, наблюдала, как Валентина Ивановна, моя свекровь, режет яблоки для пирога и что-то увлечённо рассказывает. Я не слушала. Месяц её пребывания у нас с Дмитрием выдался непростым. Хотя наш брак счастливый — уже пять лет, — в последнее время я начала сомневаться: а не ошиблась ли, выйдя замуж за маминого сыночка?
— Танюш, ты меня совсем не слушаешь! — Валентина Ивановна прервала свой монолог, поджав губы. — Я же говорю, Дмитрию нужно сменить работу. Эта его контора — сплошное баловство! Моя подруга готова взять его в свою строительную фирму. Там и зарплата выше, и карьера. Через год уже повысят! А ты могла бы сидеть дома, не мучиться с работой.
— Валентина Ивановна, — глубоко вдохнула я, стараясь не сорваться, — Дмитрий сам решает, где работать. Ваш сын взрослый человек.
— Конечно, взрослый! Но ты — его жена! Должна направлять, советовать! А то эти его чертежи, проекты — разве это мужское дело? — возмутилась она.
— Он архитектор и профессионал, — голос мой дрогнул. — И фирма у него хорошая. Ему нравится его работа.
— Нравится? — свекровь всплеснула руками. — А деньги? Там копейки платят! А дети? Вам же растить! На что учить будете?
— Мы пока не планируем детей, — тихо ответила я, хотя говорили об этом уже сто раз. — Нам хватает.
— Не планируете?! — Валентина Ивановна отложила нож, глаза округлились. — Так я и знала! Господи, что с вами делать? Пять лет в браке, а детей нет! Я в твои годы уже Димку нянчила!
Я промолчала. Детей я хотела. Очень. Но не сейчас, когда только защитила диссертацию и стала старшим преподавателем. Мы с Дмитрием договорились: ещё три года. Мне нужно закрепиться в науке, потом — семья.
Свекровь, решив, что молчание — согласие, продолжила:
— Вот Лена, дочь моей подруги, двоих родила! Муж у неё — настоящий мужчина, прораб! Дом построил, машину новую купил.
— Валентина Ивановна, — я сжала кулаки, — мы с Дмитрием сами решим, как жить. Я вас уважаю, но…
— Какие «сами»?! — вспылила она. — Я его мать! Знаю, что для него лучше! И для тебя! Эх, Танюша, молодая ещё, глупая. Мать плохого не пожелает.
Я вышла, поднялась в спальню. Спорить бесполезно. Прилегла, закрыла глаза. Устала. Университет, лекции, тонны работ, а тут ещё свекровь с её нравоучениями…
Вечером Дмитрий вернулся уставший, но сияющий:
— Представляешь? Меня назначили главным по новому проекту!
— Поздравляю! — обрадовалась я искренне.
— Димочка! Какой проект? Сколько платить будут? — Валентина Ивановна тут же влезла в разговор.
— Мам, это крупный заказ, — он улыбнулся. — Дизайн элитного жилья. Зарплата вырастет.
— Насколько? — не унималась она.
— Мама! — Дмитрий нахмурился. — Нам хватает.
— Хватает? А ипотека? А твоя развалюха-машина? — она аж подпрыгнула. — Вон у Светы сын…
— Я не её сын, — резко прервал он. — Хватит. Я устал.
За ужином Валентина Ивановна продолжала давить. Дмитрий молчал, я чувствовала, как внутри закипает. Позже, когда остались одни, не выдержала:
— Дима, я больше не могу! Твоя мать лезет во всё! Когда она уедет?
— Тань, — он вздохнул, — ей просто хочется нам добра.
— Но она живёт у нас месяц! Ремонт в однушке столько не длится!
— Потерпи ещё немного, ладно?
Что оставалось? Кивнула.
Утром свекровь зашла в спальню:
— Танюш, нам поговорить надо.
— Я опаздываю, — попыталась увернуться.
— Важно! — она села на кровать. — Тебе нужно уволиться.
— Что?! — я замерла.
— Как же дети? Ты ведь не вечно молодая! Я вчера с Димкой говорила — он хочет ребёнка!
— Он так сказал? — сердце ёкнуло.
— Ну… не прямо, но я же чувствую!
— Мы договорились: через три года, — твёрдо сказала я.
— Три года?! — глаза её округлились. — Тебе тогда 33 будет! Это же риск!
— Сейчас многие рожают и позже.
— Раньше семья была главным! — вздохнула она. — Эх, молодёжь…
Вечером нас ждал «сюрприз»: накрытый стол, вино. Свекровь объявила:
— У меня новость! Моя подруга берёт Димку в свою фирму! Начальником отдела!
Дмитрий поперхнулся:
— Мама, о чём ты?
— О твоей новой работе! Зарплата — в два раза выше!
— Я не ищу новую работу, — он потемнел.
— Но это же шанс! — она достала бумаги.
Я молча смотрела, как он сжимает бокал.
— Мама, хватит. Мне нравится моя работа.
— А семья? Дети? — она резко посмотрела на меня. — Таня ведь увольняется!
— Что?! — Дмитрий обернулся ко мне.
— Я ничего такого не говорила!
— Ты утром согласилась подумать! — возмутилась Валентина Ивановна.
— Я сказала — обсудим вечером. Вот и обсудили: я не ухожу. Дети — через три года. Мы договорились.
Дмитрий кивнул, но было видно — расстроен.
— Три года?! — свекровь аж подпрыгнула. — Это же опасно! Я родила Диму в 22 — идеально!
— Мам, — он взял её за руку. — Это наша жизнь. Наши решения.
— Но я хочу вам добра!
— Мы знаем. Но лучшее — это то, что выбираем мы.
Она заплакала. Впервые за месяц — тишина.
Наутро Валентина Ивановна объявила, что уезжает. Квартира готова. Перед отъездом обняла меня:
— Я просто хотела как лучше…
— Мы знаем. Но нам нужно самим решать.
Она кивнула.
Прошло три года. Когда родилась наша дочь, Валентина Ивановна, взяв её на руки, прошептала:
— Вы всё сделали правильно.
Мы переглянулись. Она наконец поняла: счастье — когда выбор делаешь сам.
**Конец.**
