Жена на час
Анна уже не в первый раз выходила из чужой квартиры с ощущением, будто ее предали. Хотя, если быть точной, это она приходила варить щи, менять постельное белье, гладить рубашки и выслушивать, как «жена ничего не понимает», «дома бардак, как в общежитии», «клининг берут дорого» и «у меня стресс, Аня, вы себе не представляете». Она представляла.
Анна работала в фирме, предоставляющей бытовые услуги. Называла себя «женой на час». Работа была временной
По образованию Анна была бухгалтером, но предприятие, где она трудилась, разорилось. Новое место найти не удавалось: хорошие вакансии давно заняли, а на скучные предложения она не соглашалась. Да и честно говоря, она устала от всего Нужна была передышка. Поэтому «жена на час» стала для нее временным решением, пока не подвернется что-то стоящее.
Родители ее выбор не одобряли. Считали, что лучше сидеть в конторе хоть за копейки, но в чистоте и с ощущением стабильности, чем маяться «ерундой» и терять лицо. Они смотрели на Анну и не понимали. Дочь с высшим образованием носит чужие сумки с продуктами, моет плиты в незнакомых домах, ходит по подозрительным адресам. Им было стыдно. Не за нее, а за то, что скажут люди.
Устроилась бы обратно в бухгалтерию, ворчал отец. Ты же умная. Зачем тебе вся эта грязь?
Наверное, развод тебя сломал, однажды тихо сказала мать.
Они не понимали, что для Анны это был не столько заработок, сколько попытка не сойти с ума. Перевести дух. Почувствовать себя нужной. Но мать в чем-то была права. Развод отразился на ней странным образом выбором этой временной работы.
У Анны клиентов было немного. Сегодня их оказалось трое. Один попросил просто посидеть на кухне, чтобы «не так одиноко». Второй вручил ключи и записку: «Постирать, развесить белье, покормить кота, если хотите оставайтесь на ночь. Деньги на столе». Она не осталась. Третий заказал ужин «как в детстве», дал старую тетрадь с рецептами, а за едой расплакался. После десерта попытался поцеловать ее в щеку. Анна не позволила. Молча вытерла стол, помыла посуду, надела пальто и ушла.
Возвращаясь домой, Анна ощущала запах сырости в подъезде. Соседка с пятого этажа снова кричала на сына через дверь, где-то лаяла собака. В квартире было тихо. Мужские тапочки стояли у порога Он уехал к матери полгода назад, но обувь не забрал.
Анна разулась, поставила чайник и села у окна. Иногда ей казалось, что ее жизнь последние месяцы какая-то ненастоящая. Что вся эта «жена на час» не работа, а наказание, которое она сама себе придумала. За что непонятно. Но она честно отбывала срок. Каждый день приходила, выслушивала, убирала, готовила, стирала, разливала суп. Не задавала лишних вопросов и не откровенничала. Ей часто спрашивали:
Как вы вообще здесь оказались?
Она обычно улыбалась. Наклоняла голову, как учили на курсах по сервису, и предлагала:
Давайте я лучше пропылесослю в гостиной.
Она не врала. Но и правды не говорила. Правда для нее была как масло на раскаленной сковороде: шипела, брызгала, обжигала.
Муж ушел сам. Не без причины. Сказал, что дает ей время все обдумать. Думать было не о чем. Анна не собиралась делить постель с предателем. Хотя, как уверял ее Сережа, никакой измены не было. Просто невинный флирт.
Попался он случайно. Однажды утром, торопясь на работу, Анна схватила не свой телефон, а его. Устройства были одинаковые, даже чехлы они выбирали вместе. Уже в офисе, взяв телефон в руки, она увидела сообщения Слишком личные, слишком многочисленные, чтобы быть шуткой.
Она сжала телефон. Правда о ее счастливой жизни вылезла наружу. Ее мелкая ошибка, совершенная в спешке, изменила все.
Дома Анна не устроила скандал. Решила поговорить спокойно. Задала один вопрос:
Это что?
Ничего серьезного, начал Сережа. Просто переписка. Мне не хватало внимания, тепла. Ты вечно уставшая, занятая То работаешь, то по дому. Я и сам не заметил, как втянулся. Но, Ань, я никогда не переступал черту. Просто слова. Общаться с женщиной, смотреть на ее фото, пусть и откровенные, разве это измена?
Он наклонился вперед, голос стал тише, почти шепотом:
Если бы семьи рушились из-за сообщений и фоток, в мире не осталось бы ни одного брака. Все флиртуют, так или иначе. Ерунда. Пустяки.
Он замолчал, потом добавил с нажимом:
Конечно, теперь я понимаю, что тебе неприятно. Прости. Я больше не буду. Ань
Она кивнула. Спокойно. Почти ласково.
Поняла.
Он выпрямился, будто с плеч свалился груз.
То есть все нормально? Все как было?
Анна встала, поправила рукав.
Для тебя да. Для меня Я пойду дальше, но уже без тебя.
Он не сразу сообразил.
То есть ты решила вот так? Смешно. Расходиться из-за пары сообщений. Люди прощают и не такое.
Люди, может, и прощают, сказала она, но я не люди. Я это я. Мне хватило того, что я прочла.
Он потянулся к ее руке, но она отстранилась.
Не надо. Серьезно. Я не злюсь. Даже не обижаюсь. Просто не хочу жить с человеком, который ищет тепла на стороне, пока я тяну наш быт.
Он нервно усмехнулся.
Ты всегда все делаешь слишком правильно. Холодно. Расчетливо. Даже сейчас. Ни истерик, ни «останься». Прямо как бухгалтер.
Анна чуть улыбнулась.
Именно. Я бухгалтер. В наших отношениях дебет с кредитом не сошелся.
Анна не плакала. Не кричала. Даже не сказала «уходи» просто развернулась и зашла в ванную, плеснула в лицо ледяной водой. Долго сидела на краю ванны, пытаясь осознать случившееся. Так закончился ее брак. Тихо, без сцен. Снаружи тишина. А внутри обвал.
Через неделю после разговора с мужем ее вызвали в офис и сообщили, что компания закрывается. Конец. Анна знала об этом как не знать, когда работаешь с цифрами Но, услышав окончательное
