Мать снова всё разрушила
Екатерина стояла у плиты, разливая по тарелкам душистый борщ, когда зазвонил телефон. Она даже не взглянула на экран — сразу поняла, кто звонит. Мать обладала поразительным чутьём — всегда звонила в самый неподходящий момент, будто чувствовала, когда дочь занята или устала.
— Алло, Катюша! — раздался из динамика голос Анны Семёновны, когда включился автоответчик. — Почему не берёшь трубку? Я же волнуюсь! Слушай, Марфа Степановна сегодня говорила…
Катя выключила конфорку и подавила вздох. Завтра свадьба сына, а мать опять за своё. После смерти отца Анна Семёновна словно решила наверстать упущенное — теперь она комментировала каждый шаг дочери, а её «забота» больше походила на допрос.
— Мам, что случилось? — отозвалась Екатерина, сжимая трубку.
— Катя, представляешь, оказывается, эта твоя невестка… Ну, как её, Алёнка…
— Лена, мама. Её зовут Лена.
— Какая разница! Так вот, она, оказывается, уже была замужем! У неё ребёнок от первого брака! Марфа Степановна видела их в магазине, она этого мальчишку сыночком называла!
В глазах у Кати потемнело. Не от новости — о сыне Лены, Артёме, она знала давно. Её сразило осознание: сейчас начнётся.
— Мам, я знаю про Артёма. Лене двадцать девять, она имеет право на личную жизнь.
— Как знаешь?! И молчала?! — голос матери взвизгнул. — А если Серёжа не в курсе? Как можно так обманывать жениха! Я ему сейчас же позвоню!
— Мама, не смей! — резко оборвала её дочь. — Сергей всё знает. Они вместе уже год, конечно, он в курсе про ребёнка.
— Вместе живут?! — ахнула Анна Семёновна. — Екатерина! Как ты могла это допустить? Какие у тебя принципы? А что люди скажут?
Катя зажмурилась. Опять. Мать умела превратить любое радостное событие в мучение. Когда Сергей поступал в университет, она всем рассказывала, что внук пролез по блату, хотя он сдал все экзамены на отлично. Когда он защитил диплом, жаловалась соседкам, что «заучка совсем о семье не думает».
— Мам, давай не сегодня, ладно? Завтра свадьба, у меня миллион дел…
— Вот именно! — не унималась мать. — Свадьба! А ты держишь меня в неведении! Катя, мне же стыдно будет перед гостями! Что я им скажу, когда правда выплывет?
— Какая правда? Что у Лены есть сын? Она его не скрывает.
— Почему же тогда на девичнике я его не видела?
— Потому что девичник — для взрослых, а Артёму всего шесть. Он был у бабушки.
Катя вспомнила тот вечер. Она сама организовывала девичник, пригласила Лениных подруг, накрыла стол. Мать всё время придиралась к закускам, допрашивала гостей о личной жизни и умудрилась поссориться с Лениной матерью из-за сервировки.
— Катя, а если этот мальчишка всё испортит? Дети же непредсказуемые! Вдруг он заревет во время росписи? Или, не дай бог, назовёт Серёжу папой при всех!
— Мам, Артём воспитанный ребёнок. И он будет на свадьбе, это решено.
— На свадьбе?! — взвизгнула Анна Семёновна. — Катя, опомнись! Люди начнут считать, сколько месяцев между свадьбой и рождением ребёнка! Ты хочешь опозорить нашу фамилию?
Екатерина рухнула на стул. Она так устала. Устала от вечного недовольства матери. После смерти отца Анна Семёновна словно сорвалась с цепи — теперь она считала своим долгом контролировать всё и вся.
— Мама, слушай меня внимательно. Завтра мой сын женится на девушке, которую любит. У неё есть ребёнок. Сергей принял его как родного. Это нормально. Если ты не можешь это понять…
— Что? Ты гонишь меня с праздника? Родную мать?
— Я прошу тебя не портить детям день.
— Как ты смеешь! — голос Анны Семёновны дрожал от ярости. — Я жизнь на вас положила! Отца выхаживала, тебя одна растила, внука нянчила, пока ты работала! А теперь я, значит, лишняя!
Катя вспомнила, как после рождения Сергея мать действительно помогала. Но каждая её помощь сопровождалась тирадой: «не так пеленаешь», «не так кормишь», «не так укладываешь». Муж тогда шутил, что у них в доме две тёщи — его мать и Анна Семёновна.
— Ты не лишняя. Но времена изменились. То, что раньше казалось скандалом, сейчас — обычное дело.
— Ничего не изменилось! — отрезала мать. — Приличия — они вечные! А ты просто махнула на всё рукой! Разрешаешь сыну жить в блуде, а теперь ещё и чужого ребёнка в семью тащишь!
— Артём не чужой. Он будет моим внуком.
— Внуком?! — Анна Семёновна аж захлебнулась. — У него есть родные деды! А ты что, заменять их собралась?
— У ребёнка может быть много любящих людей. Это же хорошо.
— Катя, ты рехнулась! — мать окончательно взбеленилась. — Завтра я всем расскажу правду! Пусть знают, во что превратилась наша семья!
Катю бросило в холод. Мать была способна на такое. На свадьбе племянницы она громко объявила, что жених — не менеджер, а грузчик. На юбилее соседки заявила, что та красит седину. А когда Сергей защищал диплом, допросила его научрука на предмет списывания.
— Если ты скажешь хоть слово против Лены или Артёма, я перестану с тобой общаться, — тихо, но чётко произнесла Екатерина.
— Угрожаешь матери?! — голос Анны Семёновны стал елейным. — Понятно. Значит, эта девчонка уже настроила тебя против меня. Боится, что я правду расскажу.
— Какую правду? Что она разведена? Или что растит ребёнка? Это не преступление.
— А вдруг она ещё что-то скрывает? Долги? Или того хуже…
— Хватит! — Катя вскочила и зашагала по кухне. — Ты даже не знаешь Лену. Она трудолюбивая, добрая, Сергей её обожает. Артём — умный, воспитанный мальчик.
— Откуда ты знаешь? Ты же с ними не общаешься!
Это была ложь. Лена часто заходила к Кате, советовалась по поводу свадьбы. Артём называл её бабушкой Катей. Но матери она об этом не говорила — зналаНа следующее утро, глядя на то, как Артём смеётся и обнимает Анну Семёновну за завтраком, Катя поняла, что даже самые твёрдые сердца могут оттаять перед детской искренностью.
