**Разделил, как смог**
– Привет, мам. — Наташа старалась говорить спокойно, но голос её звучал неестественно жёстко.
– Ой, Наташенька! Ты чего? Я тебя сегодня не ждала. — отозвалась Галина Ивановна.
Наташа пристально посмотрела на мать. “Не ждала” — это слово, как заноза, впилось сначала в сердце, а потом раз за разом отдавалось в голове. Казалось, её давно уже никто и нигде не ждал.
– Чего ты застыла, как памятник? Заходи, я там квас закрываю. Так, мимоходом зашла или что случилось? С Витьком всё нормально?
– Всё хорошо, мам, с Витьком. Мы им квартиру на первое время сняли. Сергей сразу за три месяца заплатил, а дальше пусть сами…
Наташа взглянула на мать. Та, как всегда, хлопотала по хозяйству. С детства Наташа помнила: мать вечно торопилась, вечно опаздывала.
“Надо быстрее”, “в магазин сбегаю, там завоз”, “сиди дома, я сама”. Галина Ивановна всегда думала о практичном, а дочери чаще говорила “подожди”.
– Наташ, сама чай наливай, мне некогда, ещё банки не простерилизовала. Ладно?
– Хорошо, мам. — Наташа налила чай, хотя пить не хотелось.
– Ну, так зачем пришла?
– Мам… а ты никогда не хотела развестись с отцом? — неуверенно начала Наташа.
– Да ну… не-е-ет, а зачем? Один чёрт! Мужики все одинаковые. А что?
– Мам, я хочу развестись…
– Чего?! Что случилось-то?! Изменщик?
Галина Ивановна явно не ожидала такого, даже отвлеклась от банок.
– Мам, мы просто… разные. Витьк уже с девушкой живёт. Думаю, нам с Сергеем нужно разойтись…
– Да что у вас там? Господи!
– Сегодня двадцать пять лет свадьбы… А он даже не вспомнил. Только носки искал и спросил, когда завтрак. И всё… — голос Наташи дрогнул.
– И всё?! Наталька, да ты дура! Годовщина свадьбы! Да отец твой мне в жизни ничего не дарил, и я ему — тоже. На что деньги-то тратить? — мать разошлась не на шутку.
Наташа смотрела на неё и понимала: зря пришла. Мать никогда не понимала её чувств. По щеке скатилась слеза.
– Ты ещё и ревь! Ты знаешь, что с этим разводом начнётся? Квартиру делить, дачу, машину… А деньги в банке у вас как? Я вот наличку сняла, дома спрятала. Это ж размениваться! Такая отличная “трёшка”, а сколько в ремонт вбухали!..
Галина Ивановна говорила о квартире, долях, деньгах. Наташе казалось, что мать уже всё подсчитала. На душе стало ещё тяжелее.
– Вот что, дочка, иди домой и забудь эту ерунду. Хочешь, пионов тебе нарву, всё равно скоро отцветут.
– Не надо, спасибо. — Наташа шмыгнула носом.
– Ну как знаешь. Ты уже уходишь?! В магазине у нас соль дешёвая, тебе надо?
Наташа покачала головой и поспешила уйти. Быть в этом доме было невыносимо.
Она направилась к остановке, но передумала и свернула к набережной.
В сумке зазвонил телефон. Наташа почему-то подумала, что это Сергей — вдруг вспомнил о годовщине. Но на экране было имя сына.
– Да, Витьк.
– Мам, привет. У тебя есть минутка? Мне очень нужно поговорить.
– Конечно. Встретимся в “Берёзке” через час?
– Давай.
– Мне тоже есть что сказать…
Наташа свернула на другую улицу и через двадцать минут была в кафе. Витя пришёл минут через десять.
– Привет, мам.
– Привет. Я кофе заказала, есть не хочу.
– И правильно. У меня времени в обрез.
– О чём хотел поговорить?
– Мам… дело в том… Лера беременна…
Наташа на мгновение онемела. Витя с девушкой жили вместе всего пару месяцев. Бабушкой в сорок пять она становиться не планировала.
– Мам, ты чего молчишь?
– Просто… неожиданно, сынок. Вы справитесь?
– Конечно, ты же поможешь? А ты что хотела сказать?
– Витьк… как ты отнесёшься, если мы с папой… разведёмся?
– Вы что, разводитесь?! Что случилось?!
– Мы просто… чужие. Сегодня двадцать пять лет свадьбы, а он даже не вспомнил.
– Ну, разводитесь, если так. Мне-то что, я уже взрослый. Ладно, мне бежать.
– Пока, сынок…
Наташа заплатила за кофе и пошла домой, хотя идти туда не хотелось. По пути зашла в магазин, дома приготовила ужин.
Сергей вернулся, как обычно, под вечер. Рассказывал о начальнике и новой машине сослуживца. Наташа слушала, кивала.
Утром муж уехал на работу. Наташа мыла посуду, чувствуя смятение. Его равнодушие обижало, но двадцать пять лет — целая жизнь. Разрушать всё из-за забытой даты… Может, мать права?
Зазвонил телефон — Витя.
– Да, сынок.
– Мам, насчёт вчерашнего… Я подумал…
– Ты считаешь, я погорячилась? Я сама…
– Нет, мам, слушай. Вам надо недвижимость до развода поделить, чтобы без судов. Вашу “трёшку” можно разменять на две “однушки”, ещё и деньги останутся. Дачу продадим — нам с Лерой “двушку” возьмём. Так всем выгодно.
– Может быть… Давай позже.
– Хорошо. Но я правда думаю, это лучший вариант. Главное — не прогадать.
Наташе не хотелось это слушать. Хотелось плакать. Она вышла на набережную, дошла до любимой скамейки. Там сидел мужчина.
– Я не помешаю?
– Да нет, присаживайтесь. Погода-то какая!
– Да… — Наташа вздохнула.
– Вы грустная… — заметил незнакомец.
– Настроение не очень…
– А я знаю, как его поднять! — он ушёл и через пять минут вернулся с двумя эскимо.
– Говорят, в мороженом гормон счастья. Проверим?
– Спасибо… — Наташе было неловко, но она взяла.
Мороженое оказалось вкусным. Она на миг почувствовала себя девочкой.
– Очень вкусно.
– Точно! — улыбнулся мужчина.
– Сколько я вам должна?
– Да бросьте! Такая мелочь.
– Мы, кстати, не познакомились… — Наташа посмотрела на него.
– Верно! Меня Саша зовут.Наташа улыбнулась, глядя на Сашу, и вдруг поняла, что впереди её ждёт новая жизнь, полная неожиданных встреч и надежд.
