**Сердце, полное любви: жертва ради будущего**
«Опять деньги притащил, зря ты ему веришь, Надюша, откуда он их берет?» — ворчала бабушка, косясь на Артёма. Он снова явился с пакетами деликатесов, недавно купил им новенький телевизор, стиралку. Но бабушка всё равно была не в восторге.
Мать Артёма, Надежда, защищала сына: «Мама, ну что ты всё видишь в чёрном свете? Жить-то надо! Времена нынче непростые. Артём — единственный мужчина в доме, старается. Из-за нас институт бросил. На что нам жить? Моя работа пропала, твоя пенсия — гроши». Она плакала, вспоминая, как сын блистал в школе, но ушёл работать в обменник. «Скоро всё наладится, и Артём обязательно доучится!»
Надежда воспитала сына честным и добрым. Она не верила в приметы и не дала бабушке крестить Артёма, считая это пережитком. Он с ней соглашался — кому нужны эти обряды? Хотя временами задумывался о золотом крестике на цепи, как у приятеля Витька.
Артёму скоро двадцать. Вместе с пацанами он крутил тёмные дела, и к сорока пяти годам сколотил приличное состояние. Но жениться так и не решился.
Его первая любовь, которую звали Любаша, трагически погибла. Теперь Артём был влюблён в Катю, но та выбрала другого — обычного, ничем не примечательного Стёпу. Жили они по соседству в посёлке Берёзовка, и Артём каждый день наблюдал, как Катя смотрит на мужа влюблёнными глазами. У них подрастала дочь Даша — вылитая мать, такая же красавица.
Артём знал о них всё. Он сам подстроил их знакомство, подставив свой дорогущий внедорожник, когда Катя парковалась у дома. Та врезалась в него, сдавая задом. Выскочила, перепуганная, начала лепетать: «Простите, мы всё оплатим, я не поняла, как так вышло!»
Артём наслаждался её смущением, а потом великодушно махнул рукой: «Да ладно, я тоже виноват. Виноваты оба, да и страховка у меня есть. Скажу, что кто-то стукнул и смылся». Он рассмеялся, разведя руками, будто в его мире не существовало проблем.
Так он познакомился и со Стёпой. Их квартирка была скромной, но уютной — видно, оба вкалывают, растят дочь. Сначала Артём думал, что сможет привлечь Катю — женщины к нему липли, засматриваясь на его богатство. Но она словно не замечала его взглядов, смущалась от дорогих подарков, которые он приносил на дни рождения, и говорила тихим голосом, ранящим его душу: «Артём, зачем? Это слишком, я не могу принять».
Он видел, что ей хочется взять подарок, но она боится обидеть мужа. Стёпа не мог подарить ей такое, а Артём мог — и искушал её щедростью.
В молодости Артём не растранжирил деньги, а приумножил капитал. Теперь он бизнесмен, купил диплом юриста, обманув мать, которая радовалась за сына. Бабушки уже не было — некому стало ворчать.
Когда у Кати и Стёпы родился сын Ваня, Артём подарил им коляску, кроватку и кучу игрушек. Катя была в шоке — они ничего не покупали, боясь сглаза. Артём прикатил в день выписки, эффектно разгружая подарки. Стёпа подошёл: «Артём, это перебор, мы друзья, но…»
«Брось, Стёпка, — перебил Артём. — У меня только мать, а у вас — дети. Мне это в радость, по-дружески!»
Позже, за столом в честь рождения Вани, Стёпа рассказал, что их родители были друзьями, вели бизнес, но попали в беду. Отец Кати продал всё, остался ни с чем. Отец Стёпы не выдержал, запил и умер. «Будь он жив, тоже бы дело вёл, но времена были лихие», — вздохнул Стёпа.
Артёму стало не по себе. Он понял: их бизнес тогда разорили его люди. Уточнил фамилию Стёпы — точно, они тогда сорвали куш, разорив их семьи. Вина сдавила сердце.
Через несколько дней Катя и Стёпа огорошили его: «Артём, будь крёстным Ване! Ты столько для нас сделал, пожалуйста! Это не из корысти, у тебя доброе сердце, мы хотим, чтобы ты был его крёстным». Катя взглянула на мужа — решение было общим.
«Ты стал нам как родной, — добавил Стёпа. — Даша тебя обожает, и Ваня при тебе не капризничает, чувствует, что ты свой».
Они смотрели с надеждой. Артём растерялся. В последнее время он чувствовал себя странно — то ли стал сентиментальным, то ли понял, что Катю ему не завоевать. От этого было больно: она была той самой, о которой он мечтал.
«Я же некрещёный, — усмехнулся он. — Мать была против».
«Если согласен, подождём, — предложил Стёпа. — В любом возрасте можно креститься».
Артём решил, что это шанс быть ближе к Кате. Крёстный её сына — звучит солидно. «Если подождёте, то я, пожалуй, согласен. Своих детей нет, будет хоть крёстный сынок, да?» — подмигнул он.
Стёпа спокойно выдержал взгляд: «Спасибо, Артём, ты нам настоящий друг». Он крепко пожал ему руку.
Артём сообщил матери, что хочет креститься, и попросил её подругу, тётю Галю, всё устроить. Надежда удивилась, но сын был серьёзен, и она всё организовала. Через несколько дней Артём отправился в маленькую церквушку на окраине посёлка.
Священника, как ни странно, тоже звали Артёмом, только он был постарше. Узнав, что нужно исповедаться, Артём хотел отказаться, но священник разговорил его. Слово за слово, и Артём выложил всю жизнь — всё, что тяжёлым камнем лежало на душе. Раньше это его не мучило, а теперь жгло, вырывалась горечь, хотелось сбросить груз.
Священник, выслушав, предложил: «Ты взрослый, крёстный при крещении не нужен. Но у тебя было много испытаний. Я чувствую, что сам должен стать твоим крёстным. К тому же мы тёзки».
Из церкви Артём вышел, словно сбросив оковы. Ночью ему приснилась бабушка, шепнувшая, что он успел вовремя, что душа его теперь спасена, и она молилась за него. Проснувшись, он не понял слов, но на сердце было легко. С этимНадежда часто смотрела на звёзды, улыбаясь, зная, что её Артём теперь не просто где-то там, а стал ангелом-хранителем для Вани, Даши и всей их семьи.
