**Выгнали из дома: Семейная драма**
Сегодня снова думал о том, как семья, которая должна быть опорой, может стать самым ненадежным местом в жизни. Эта мысль не даёт покоя, особенно когда возвращаюсь в свою крохотную однушку на окраине Нижнего Новгорода. Меня зовут Григорис Сорокин. В 23 года я получил диплом по маркетингу. Все годы университета жил в старой квартире деда, которую мама унаследовала после его смерти. Платить приходилось только за коммуналку, и я исправно вносил деньги, подрабатывая официантом в кафе «Волга» в двух кварталах от дома.
Совмещать учёбу и работу было тяжело. Каждый вечер валился с ног, чтобы ночью зубрить конспекты или дописывать курсовые. Но я справлялся — так и живут взрослые люди.
Праздничный ужин в честь моего выпуска в родительском доме начался как сказка. Мама накрыла стол с домашними пирогами и салатами. Младшая сестра Алиса, 16-летняя болтушка, шутила, что будет скучать по моим подсказкам по математике. Пришли тётя и дядя, все поднимали тосты за мой успех. Но когда гости разошлись, атмосфера изменилась. Мама откашлялась тем тоном, который всегда предвещал бурю. Живот сжался.
— Гриша, дорогой, — начала она ледяным голосом, — теперь, когда у тебя диплом, нужно обсудить квартиру.
— Что с ней? — спросил я, чувствуя, как сердце ушло в пятки.
— Если хочешь там жить, придётся платить аренду.
Я окаменел, будто меня окатили ледяной водой. Отец молча смотрел в тарелку, а Алиса уткнулась в телефон, но я видел, как она на меня косится.
— Аренду? Сколько? — выдавил я.
— Ниже рыночной, семейная скидка, — улыбнулась мама, но в её глазах не было тепла. Сумма всё равно была неподъёмной для моей зарплаты.
— Понятно, — пробормотал я, потому что больше сказать было нечего.
Они были правы: я больше не студент, а взрослый. Пора самому за себя отвечать.
Следующий год пролетел в вихре работы, счетов и попыток привыкнуть к новой жизни. Устроился младшим менеджером в рекламное агентство. Зарплаты хватало на аренду родителям, коммуналку и скромную жизнь. Каждый месяц переводил деньги на их счёт, иногда добавляя за свет. Хотел доказать, что могу справиться.
Алиса забегала редко — обычно за помощью с сочинением или порыться в моём шкафу. Её визиты становились всё наглее. Она была любимицей семьи, избалованной и беспечной. Ей не нужно было подрабатывать, как мне. Вскоре она начала встречаться с Сергеем, парнем постарше, работавшим в автосервисе. Когда привела его ко мне, он показался мне слишком самоуверенным. А потом раздался звонок, который перевернул всё.
— Гриша, приезжай срочно, — голос мамы дрожал.
В родительском доме стояла гробовая тишина. Отец и мать сидели на диване, как каменные изваяния.
— Садись, — хрипло сказал отец. Он выглядел постаревшим.
— Алиса беременна, — выпалила мама без предисловий.
Я замер, пытаясь осознать. Моя 17-летняя сестра ждёт ребёнка от парня из сервиса.
— И ещё кое-что, — добавила мама. — Алисе и Сергею нужна квартира. Они переедут в твою.
Мир попал в штопор. Вцепился в подлокотник, чтобы не рухнуть.
— То есть мне съезжать? — голос дрогнул.
— Да, — равнодушно ответила мама. — Им нужно место для семьи. Разве это не логично?
Я посмотрел на Алису. Она разглядывала ногти, будто это её не касалось.
— Мне нужно время найти жильё, — прошептал я.
— Недели хватит, — отрезала мама. — И, Гриша, ты продолжишь платить аренду.
Я рассмеялся — резко, горько. Думал, это шутка. Но их лица были серьёзны.
— Вы хотите, чтобы я съехал и платил за квартиру, в которой не живу? — голос сорвался.
— Это твой долг как старшего брата, — строго сказал отец. — Семья помогает семье.
— Долг? — я вскочил, руки дрожали от злости. — Они взрослые, если решили завести ребёнка! Пусть сами себя обеспечивают!
— Ты эгоист! — взвизгнула Алиса, глаза наполнились слезами. — Тебе плевать на моего ребёнка!
— Эгоист? — я повернулся к матери. — Я платил аренду, работал с первого курса! А вы хотите, чтобы я их содержал? Ни копейки больше не дам!
Я выбежал из дома под крики «неблагодарный» и «предатель». Дверь захлопнулась, словно поставив точку.
Той же ночью начал собирать вещи. Слёзы катились по щекам, пока упаковывал свою жизнь в коробки. К счастью, были сбережения — те, что копил, работая в кафе. На следующий день снял квартиру на другом конце города. Она была хуже: тесная кухня, облезлые обои, долгий путь до работы. Но она была моей.
Составил список: мебель от родителей оставил, но книги, одежда, посуда — всё, купленное на свои деньги, забрал. Кофемашина, подарок себе за первую премию, ноутбук, кровать — всё, что заработал, уехало со мной.
Переезд занял два дня. Закончив, подъехал к родительскому дому и сунул ключ под дверь. Записку не оставил — слов не было.
Через неделю позвонила мама, голос дрожал от злости:
— Что ты натворил? Квартира пустая!
— Я взял только своё, — спокойно ответил я. — То, что купил на свои деньги. Алиса и Сергей могут попробовать сделать то же самое.
Поток брани был таким, что я бросил трубку.
Жизнь изменилась. Ушёл с головой в работу. Моя начальница, Татьяна Петровна, заметила рвение и доверила больше задач. Вскоре я вёл свои проекты, получил повышение и прибавку. Открыл счёт для первого взноса на свою квартиру.
Через знакомых узнавал о семье. Алиса родила сына. Она и Сергей жили в моей старой квартире, а родители платили их счета. Потом пришло письмо от Алисы:
«Привет, братик! Слышал, тебя повысили, поздравляю! Заходи, познакомишься с племянником».
К письму прилагался список: дизайнерская коляска, дорогие вещи, игрушки. Я ответил:
— Ты работаешь?
— Мама с папой всё оплачивают, дают нам деньги. Мы с Сергеем заня— **»Нет,** — сказал я твёрдо, глядя на серебряную рамку на столе, — **но когда-нибудь, может быть, я позову их в этот дом, если они поймут, что семья — это не долг, а выбор.»**
