— Анна Сергеевна, вы не имеете права со мной так разговаривать! Я уже полгода здесь работаю! — голос Ольги дрожал от возмущения.
— А я тут двадцать лет! — резко оборвала её начальница. — И запомни: ты здесь ноль без палочки! Пока не докажешь, что чего-то стоишь, будешь делать то, что тебе скажут, и не пикнуть!
Ольга стояла в центре опенспейса, ощущая на себе взгляды коллег. Кто-то смущённо отводил глаза, кто-то притворялся, что увлечён экраном. Лишь Наталья из соседнего отдела покачала головой с сочувствием.
— Но я всё делаю правильно! Отчёты вовремя, клиенты довольны, жалоб не было…
— Не было? — Анна Сергеевна иронично приподняла бровь. — А кто тогда вчера звонил, жалуясь, что его полчаса продержали?
— У меня был другой клиент, я же не могу в двоих превратиться! — Щёки Ольги вспыхнули от гнева.
— Вот именно! Не можешь! Потому что зелёная ещё! Думаешь, корочка институтская даёт право умничать? — Голос начальницы гремел по всему этажу. — Я таких, как ты, каждый год вижу! Приходят, фыркают, а через месяц — в слезах заявление на стол кладут!
Ольга сжала кулаки. Внутри всё скрутилось от унижения. Она знала — сейчас весь отдел подслушивает, а завтра это обсудят за обедом.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Что мне делать?
— Вот теперь дельный вопрос! — начальница самодовольно кивнула. — Разберёшь архив. Там три года хаоса. Приведёшь в порядок — тогда поговорим о чём-то серьёзном.
— Но это не мои обязанности! Я менеджер, а не архивариус!
— Я тебе что сказала? Ты здесь пустое место! Пока я не решу иначе, будешь делать, что велено. Не нравится — дверь на выходе, никто за шиворот не тащит.
Анна Сергеевна развернулась и ушла, громко цокая каблуками. Ольга осталась стоять, чувствуя, как гнев и обида клокочут внутри.
— Не кипятись, — шепнула Наталья. — У неё характер — со всеми новичками так.
— Как можно так унижать людей? — Ольга едва сдерживала дрожь в голосе. — Я же стараюсь…
— Знаешь что? — Наталья оглянулась, убедившись, что начальница скрылась, — она сама через это прошла. Её бывшая шефиня, Галина Фёдоровна, вообще тиран был. Анну Сергеевну заставляла даже кофе разносить, как горничную. А теперь она так же «воспитывает» других.
— Это не повод! — прошипела Ольга.
— Конечно, не повод. Но у нас так заведено: кто выжил — тот и наверху. Кто не выдержал… — Наталья развела руками.
Собрав вещи, Ольга направилась к выходу. Руки дрожали. Она представляла, как расскажет мужу о сегодняшнем дне. Дмитрий, конечно, скажет: «Бросай эту дыру». Но где она найдёт новую работу в их городе? С её-то стажем?
— Куда собралась? — окликнул её коллега Артём.
— В архив. Шеф приказала.
— Ох, не повезло тебе, — он сочувственно присвистнул. — В чём провинилась?
— Клиент подождал пять минут — вот и весь «криминал».
— А… Это Петров, да? Он вечно ноет. Анна Сергеевна его боится — он с гендиром в гольф играет.
— Теперь ясно, — Ольга горько усмехнулась. — А расхлёбывать мне.
— Да ладно, прорвёшься. Первый год тяжело всем. Она не злая — просто проверяет.
Архив оказался сырым подвалом с пыльными шкафами. Тусклая лампочка освещала кипы бумаг, сваленных в кучу.
«Вот и вся моя карьера», — подумала Ольга, садясь на шаткий стул.
Дома Дмитрий сразу понял, что что-то не так.
— Ужасный день, — честно призналась жена, снимая туфли. — Унижали на весь офис и в подвал сослали.
— Что случилось?
Выслушав историю, он вспылил:
— Да как она смеет! Ты серьёзно будешь это терпеть?
— А выбор есть? На твою учительскую зарплату нам не прожить.
— Найдём что-нибудь!
— Полгода искали эту работу! Сам говорил — хватайся за любую возможность.
Дмитрий вздохнул и обнял её:
— Ладно. Но если станет невмоготу — сразу скажи.
На следующее утро Ольга взялась за архив с удвоенной энергией. К обеду один шкаф уже сиял порядком.
— Как прогресс? — Наталья принесла ей бутерброд.
— Постепенно разбираюсь. А ты чего здесь?
— Передышка. Наверху опять сцены — бухгалтеру мозги выносит.
— Почему все молчат?
— Помнишь Лену из отдела кадров? Та, что осмелилась возразить? Через неделю её уволили. Анна Сергеевна нашептала начальству, что та хамит клиентам.
— Значит, все просто боятся?
— Не то чтобы боятся… Работы в городе нет, а семью кормить надо.
После обеда в подвал спустилась сама Анна Сергеевна. Оценив проделанное, она поморщилась:
— Медленно. За день можно было больше сделать.
— Я стараюсь делать аккуратно.
— Аккуратно? — начальница фальшиво улыбнулась. — Это как ты разложила? По датам?
— Как обычно — по годам и типам документов.
— А я хочу по алфавиту. Переделывай.
— Но так неудобно искать…
— Я не спрашиваю твоего мнения! Сказано — делай!
Оставшись одна, Ольга смотрела на аккуратные стопки. Переделывать всё? Это же безумие!
Но делать нечего — пришлось начинать заново.
К концу недели архив сиял порядком. Ольга засиживалась допоздна, возвращалась домой измотанной. Дмитрий ворчал, но понимал — пока альтернатив нет.
— Ну что, закончила? — Анна Сергеевна появилась в пятницу вечером.
— Да.
— Где договор с «Востоком»?
— В разделе «В».
— Должен быть в «Договорах»!
— Но вы же велели по алфавиту!
— По алфавиту, но с мозгом! Как искать документы, если они разбросаны?
Ольга почувствовала, как внутри что-то лопается. Это издевательство! Специально запутывает, чтобы потом унижать!
— Анна Сергеевна, — она с трудом сдерживала дрожь в голосе, — может, сразу скажете, как надо?
— Надо думать! А не ждать, когдаОна больше не плакала — просто взяла папку с документами и начала снова перекладывать их, твёрдо решив, что однажды станет тем, кого все боятся, а не тем, кого все унижают.
