В глухом городке Заозёрске, где серые пятиэтажки прижимались друг к другу под завывания осеннего ветра, родители Ольги из последних сил старались дать дочери хорошее образование и твёрдую опору в жизни. На третьем курсе института Ольга познакомилась с Дмитрием — парнем из небогатой семьи, но с горящими глазами и грандиозными планами. Мать Ольги, Татьяна, с беспокойством взглянула на избранника дочери. Он показался ей слишком витающим в облаках, но она сдержалась: пусть сама решает свою судьбу. Любовь ослепила Ольгу — для неё Дима был единственным, и никакие материнские сомнения не имели значения.
Свадьбу сыграли тихо, без лишней помпы. На роскошный банкет не хватило рублей. Дмитрий дни и ночи корпел над учебниками, отказываясь от подработок, чтобы не сбиться с пути. Родители жениха, люди небогатые, помощи не предлагали, да и просить у них было нечего. Их равнодушие висело в воздухе, как тяжёлый смог над заводскими трубами Заозёрска.
Встал вопрос: где жить? Как раз в это время у Татьяны скончался отец, и семья решила отдать свою квартиру молодым, а самим перебраться к старенькой тётке, чтобы ухаживать за ней. Для Ольги и Дмитрия это было спасением — на съём денег не было, а общежитие им не полагалось из-за заозёрской прописки Ольги. Они с радостью приняли этот дар, не думая о том, чем пожертвовали родители.
Жизнь молодых оказалась далека от розового флёра. Дмитрий ушёл с головой в науку, Ольга, получив диплом, устроилась на работу. О детях и речи не шло — едва сводили концы с концами, экономя на всём. Родители Ольги помогали, как могли, но вскоре грянуло новое горе: умерла её бабушка. Квартира досталась Татьяне и её брату. После долгих препирательств решили, что Татьяна, три года ухаживавшая за матерью, заслужила большую часть. Квартиру продали, деньги поделили. На свою долю Татьяна с мужем купили двушку в старом доме. Ремонт требовался капитальный, но нанимать рабочих было не на что.
С надеждой обратились к дочери и зятю: «Оля, у нас нет денег на мастеров. Мы думали, Дима поможет отцу, а мы с тобой займёмся мелочовкой». Ждали помощи — ведь ради них отдали свой дом. Но вместо благодарности услышали холодный отказ. Дмитрий вспылил: «Почему ваши родители не подумали заранее? Зачем брать развалюху, если денег на ремонт нет? Можно было купить нормальную однушку и не страдать. Мои живут скромно, в долги не лезут и нам не мешают. Я готовлюсь к защите, мне не до молотка!»
Ольга, смущённо, передала слова мужа: «Вы же знаете, как Дима увлечён работой. Ему нужно защититься в этом году, иначе он упустит контракт в Финляндии. Другие ребята так сделали — теперь хорошо зарабатывают. Может, начнёте ремонт сами, а я буду помогать после работы? Или накопите на рабочих потом». Эти слова вонзились в сердце, как нож. Они отдали им свой дом, а теперь их же обвиняют в недальновидности.
Обида разгоралась. Родители решили вернуться в свою квартиру. Заняли большую комнату, оставив Ольге и Дмитрию маленькую. Через две недели Ольга дрожащим голосом спросила: «Мама, сколько вы ещё здесь пробудете? Диме невозможно работать в таких условиях, да и мы на кухне всё время сталкиваемся». Татьяна устало взглянула на неё: «Оля, ты мне не мешаешь. Но переедем мы только через три года. На ремонт сил уже нет, а чтобы накопить на рабочих, нужно время. Будем жить здесь, пока не соберём нужную сумму».
«Три года?! — вскрикнула Ольга. — Мы и сейчас на грани! С Димой только и делаем, что ссоримся, скорее разойдёмся, чем вы съедете!» Отец Ольги, до этого молчавший, добавил: «Пусть родители Дмитрия помогут. Они ведь ниНо родители Дмитрия лишь развели руками, сказав, что помогать нечем, а семья Ольги так и осталась жить в этой квартире, медленно разрушая последние нити, что когда-то связывали их сердца.
