НЕВЗРАЧНАЯ
Знаете, когда он впервые переступил порог нашего дома, у меня перехватило дыхание от его красоты. Такой я ещё не видела, подумала я тогда. Мне было четырнадцать. Бабушке — шестьдесят пять. Она тоже ахнула — настоящий бог с небес. Не знаю, где мой отец с ним познакомился, но он стал частым гостем у нас. Они с папой то переписывали какие-то ноты, то просто сидели под музыку, раскладывали на блюдечках бутерброды и потягивали водку. Разговоры, смех, шутки — всё было легко и просто. Он был не просто красив, как грешный ангел, но и обаятелен до невозможности.
Когда он приходил, я отменяла все встречи с подругами. Какое ещё кино, когда в доме — сам…
Он служил военным лётчиком. Как-то раз явился в форме — и это было уже слишком. Для меня, четырнадцатилетней девочки, это стало испытанием.
Ночью он начал мне сниться.
Но это была даже не детская влюблённость. Любовь — она к человеку, а он… он был чем-то неземным.
И вот однажды он позвал родителей в гости. То ли я сама напросилась, то ли они взяли меня без лишних слов — не помню. Важно, что я шла туда, сгорая от любопытства: какая же должна быть его жена, если он, такой совершенный, выбрал именно её?
Не передать, что я почувствовала, когда она открыла дверь. Если бы мне дали по голове кирпичом, я бы испытала меньше шока. Она была… невзрачной. Совершенно. Ни капли косметики, блёклая, бесцветная… настоящая серая мышка.
Я вошла в дом растерянная, с ощущением, что мой мир перевернулся. Что я теперь — четырнадцатилетняя девочка с подорванной верой в справедливость. Если где-то и есть несправедливость, то вот она — передо мной.
Потом мы сели за стол, и эта женщина заговорила.
Оказалось, она доктор биологических наук. Оказалось, она невероятно интересный человек. Я сидела, раскрыв рот, ловя каждое её слово. А потом поймала себя на мысли, что перестала замечать, что она некрасива.
А потом я взглянула на него — и мне показалось, что и он уже не так ослепителен. Они сравнялись. Они подходили друг другу. И ушла я оттуда с твёрдым чувством: в этом есть своя логика.
Он ещё пару раз заходил к нам, а потом они уехали. Военных часто переводят.
Много лет спустя я узнала, что у него случился инсульт. Его парализовало, и его жена стала для него всем — и руками, и ногами, и сиделкой, и матерью. Что она заменила ему весь мир. Что она его любит, не бросает, и что без неё он — ничто.
Я не знаю, что он, красавец, равных которому я больше не встречала, разглядел в этой невзрачной девушке, когда решил на ней жениться. Ум? Возможно. Думаю, она была умной ещё до того, как стала доктором наук. Харизму? Может быть, в молодости она и этим могла похвастаться.
Но…
Кто знает, по каким причинам Бог посылает нам спутников жизни? Как мы выхватываем их из толпы взглядом? Что нас тянет друг к другу — загадка.
Но всякий раз, вспоминая его, я думаю, что он, увидев в толпе эту невзрачную девушку, разглядел в ней свою опору и тыл.
И не ошибся.
